Автор ArDor

D e a t h I s I n L o v e W i t h U s

And I was thinking to myself
this could be heaven or this could be hell...
THE EAGLES, "Hotel California"

Cамое беспутное и в то же время самое типичное дитя Америки, Лас-Вегас, осталось далеко позади. Бесконечная белая лента шоссе раскручивалась в западном направлении, но Вилле всё ещё не мог решить: Сан-Франциско или Лос-Анджелес? И вообще: зачем? Фиалковые сумерки превратили кактусы вдоль дороги в призраки гигантских кораллов. Горизонт голубовато тлел. И всё невероятно быстро утопало в приливающей к небу ночи.
Сигареты кончились. Приёмник уже давно не ловил никаких звуков. Слышно было только, как мотыльки разбиваются о лобовое стекло автомобиля, как посмеивается в спутанных волосах ветер, как шины что-то любовно шепчут асфальту. Мчать всю ночь через калифорнийскую пустыню было жутковато и утомительно. Вилле сосредоточенно вглядывался по-кошачьи ночными глазами в уплотнившийся мрак, - но, скорее, пытаясь отвадить тяжело наваливающуюся на веки сонливость, нежели высмотреть почти невозможный в этой местности ночлег. Однако "почти" - и жидковатый свет фар вдруг жадно выхватил из антрацитовой непроглядности обветренный указатель: Welcome to the hotel "California", - поистертую временем надпись в мареве полуденного зноя вполне можно было бы принять за мираж и благополучно миновать, преодолевая энное количество километров до ближайшей автозаправки на подступах к какому-нибудь крошечному городку. Но обнимаемый Ночью и Морфеем, Вилле радостно прибавил скорости.
Совсем скоро он действительно достиг отеля. Трёхэтажный особняк совершенно не был похож на те запущенные придорожные мотельчики для путешественников, которые встречаются во множестве по всей территории Штатов. Два верхних жилых этажа были сонно темны, всё движение, смех, звон сосредоточились на первом, который занимали холл и ресторан, - это напоминало скорее не отель, а загородную виллу, в которой гостеприимные хозяева устроили довольно пышный приём. Вилле с сомнением покосился на вывеску. Hotel "California" - приветливо подмигивая разноцветными лампочками, сообщала она.
Припарковавшись у входа и сунув в карман джинсов те деньги, которые не успел проиграть в казино Лас-Вегаса, Вилле вошёл внутрь.
В холле было весело и многолюдно. Неистовствовал джаз.
- Вилле! Наконец-то! - кто-то тут же сцапал его за руку. - Я уж было хотела расстроиться, думала, что ты не приедешь сегодня, - радостно поделилась девушка, по-дружески заглядывая замешкавшемуся Вилле в удивленно распахнувшиеся глаза. - Ну идём!..
Худенькая блондинка в маленьком черном платьице была ему, конечно, не знакома, но очень мила, так что Вилле послушно следовал за ней через весь зал, задевая иногда кого-нибудь плечом и молчаливо принимая приветственные кивки с улыбками в свой адрес.
- По какому поводу вечеринка? - поинтересовался он, с любопытством поглядывая по сторонам.
- По поводу твоего приезда, - как ни в чём не бывало отозвалась девушка.
Вилле лишь скептически ухмыльнулся.
Они остановились у дальнего столика с пирамидой из хрустальных бокалов, наполненных игристым содержимым.
- Ах, извини, Вилле, - с молитвенной интонацией выдохнула incognita после серии приветственных знаков в сторону некой парочки, отвечающей ей тем же. - Извини, darling, я ненадолго оставлю тебя. Не скучай! Бери шампанское. Вон там закуски, - и также неожиданно как появилась, девушка растворилась в галдёже толпы.
Отрывисто вздохнув и закатив глаза в знак фальшивой покорности судьбе, Вилле взял треугольный бокал на длинной ножке и принялся обозревать обстановку. Пиджачно-декольтированная эстетика обычных private parties. Джаз-бэнд, загнанный в угол. Масса цветов. Странно, но ресепшна не наблюдалось.
Пробежавшись взглядом по макушкам, он отыскал свою незнакомку в осаде чайных роз и гостей, наслаждающуюся ароматом одних и поддерживающую оживленную беседу других. Её светлые волосы, чуть завитые с концов, едва ли прикрывали шею. Непослушный локон то и дело перечеркивал профиль, выскакивая из-за уха, когда она энергично кивала в ответ или по ещё не изученной Вилле, но совершенно явной привычке встряхивала головой. Она постоянно улыбалась, отчего её подбородок делался острее, на левой щеке образовывалась глубокая ямочка, а миндальные глаза изумительно сощуривались в мохнатые щёлочки.
"Определённо, у неё извращенный ум, - думал Вилле, не без любования наблюдая за девушкой, - черный Mercedes Benz и куча очень симпатичных мальчиков, которых она называет друзьями. Интересно, спина бы долго потом побаливала?.."
Они встретились взглядами.
- Ну вот и я. Как тебе здесь? - поинтересовалась она, когда вновь подошла к нему.
- О, я уже не надеялся обрести ночлег на эту ночь, и потому сейчас мне кажется, что я в раю!
Девушка приглушённо рассмеялась:
- Я бы не спешила давать определений своим ощущениям!..
- Всё это, конечно, очень мило, - продолжил Вилле. - Розы и ты, - вы просто дивные, дивные. Но я с ног валюсь от усталости. Для меня найдётся номер?
- Ну о чём ты, о чём ты, мой сладкий. Лучший номер в отеле уже давно зарезервирован мною для тебя. Жаль, конечно, что ты не хочешь побыть на вечеринке ещё хотя бы немного. Я хотела взять с тебя обещание, что на медленные танцы ты - мой... Знаешь, ребята играют потрясающие блюзы... Ну ничего, как-нибудь в следующий раз, ведь правда? Обещаешь? Отлично. Знай, что все очень рады тебя видеть.
- Смеешься?.. - осторожно улыбнулся Вилле. - Мне кажется, все только и заняты, что своими коктейлями...
- Не обращай внимания, - отмахнулась собеседница, трогательно кутая обнаженные плечики в прозрачную черную шаль, усеянную блёстками. - Гарри-и! - распевно позвала она и махнула тонкой рукой.
К ним подошёл пожилой мужчина во фраке.
- Гарри, проводи, пожалуйста, Вилле в его тринадцатый.
- Счастливый, - хмыкнул Вилле.
- Счастливый, - улыбнулась incognita и не поцеловала, а лишь легонько коснулась губами его щеки: - Доброй ночи.
Она предоставила Вилле таинственно улыбающемуся одними глазами Гарри, а сама вернулась к пьянеющим от роз, вин и её красоты гостям-постояльцам.
- Слушай, Гарри, а она кто, эта девушка? - Вилле чувствовал, что охмелён, хотя сделал всего пару глотков шампанского.
- Мисс Мэгенн - хозяйка отеля, - ответил мужчина, отпирая номер. - Прошу...
Дверь услужливо распахнулась навсю.
- Вот как? - Вилле был озадачен. - У тебя более представительный вид...
Пиджак, пролетев по комнате, благополучно приземлился на спинку кресла.
Гарри бегло улыбнулся в ответ и добавил:
- Желаете чего-нибудь? Или я могу идти?
- Нет, спасибо. Хотя... - отозвался Вилле, стягивая с себя майку. - Здесь водится холодное пиво и хорошие сигареты?


- Приятная же это, должно быть, привычка: завтрак в обед! Приятная, но плохая.
- Так ведь плохие, они самые любимые... - пробурчал Вилле в ответ на смешливый голосок вчерашней incognit'ы, босой и в одних джинсах спускаясь в ресторан.
Девушка весело улыбалась ему из-за стойки бара.
- Крепкий кофе. Без сахара и без молока, - мрачновато глянув на неё, бросил Вилле и уселся за столик.
В ресторане было пусто, не считая солнечных пятен и сладко-сильного кофейного запаха да свежесобранных цветов, удачно перекликающихся с простоватым пёстрым сарафанчиком всё ещё незнакомки.
Кофе, видимо, только и ожидал Вилленого появления.
- S'il vous plait! - с подноса на стол тут же были выставлены две чашки с горячим ароматным содержимым и пачка сигарет.
- Без словестных выкрутасов,пожалуйста...
- Пожалуйста! - девушка села напротив Вилле, взяла себе одну чашку, другую пододвинула ему. - Настроение не к черту? - почти утвердительно спросила она, выуживая сигарету из пачки.
Вилле промолчал, цедя кофе и уставившись на её руки с легким персиковым загаром.
- Что ж, молчание - это тоже ответ. Иногда даже слишком красноречивый.
- Голова немного болит... Можно?
- Конечно. Тебе можно.
Девушка протянула Вилле сигареты и предоставила зажигалку.
- Спасибо,... м-м-м-Мэгенн.
- Мэг, - "поправила" она. - Для тебя просто Мэг.
Сосредоточившись, Вилле восстановил в памяти вчерашнюю Мэг, внезапную и пленительную. В сравнении с ней сегодняшняя казалась более блёклой и обычной.
- Я не нравлюсь тебе такой? Да? - она внимательно наблюдала за Вилле. - А по-моему, очень милое платье...
Он лениво вскинул плечами.
- Ладно, исправлюсь, - улыбнулась она.
- Ну с чего ты взяла!.. - опомнился Вилле и сделал умилённый вид. - Ты по-прежнему так очаровательна, так очаровательна...
Мэгенн рассмеялась, проявляя ямочку на щеке:
- А ты ве-ли-ко-ле-пен, - произнесла она по слогам, будто растягивая удовольствие, и так собирая в пучок губы после выпущенной струйки дыма, будто собираясь поцеловать Вилле.
- Льстишь... И обольщаешь.
Мэгенн довольно улыбнулась, задавила в пепельнице окурок и подошла к стойке бара:
- Кофе ещё будешь?
Вилле выразительно кивнул, искоса наблюдая с какой хищной томностью она движется, как изгибается и встаёт на носочки, чтобы дотянуться до кофеварки. Её кошачьи манеры несмотря ни на что были завораживающими.
- Ну так что, сегодня мне снова одеть то черное платье?
- Сегодня? - переспросил Вилле, уводя своё колено от её схематического тычка, когда она садилась. - Я не собираюсь оставаться здесь ещё более, чем на час. Прости, детка, не получится.
Мэг будто бы никак не отреагировала на отказ.
- Ты решил уже: Сан-Франциско или Лос-Анджелес?
- Можешь посоветовать.
- А что толку... Всё равно, куда бы ты теперь ни поехал, дорога вернет тебя ко мне...
Последняя фраза была произнесена Мэг очень тихо: мысль вслух, неясное бормотание.
- И к тому же, не могу оставаться дольше потому, что прилично проигрался в рулетку и карты. Надеюсь, за эту ночь я расплачусь? Сколько с меня?
- С тебя прощальный поцелуй - и только.
Вилле чуть было не поперхнулся кофе. Но Мэг говорила совершенно серьёзно, разве что в пристальном взгляде таилась лукавинка.
- Неужели я заломила слишком высокую цену?! - вскинула брови Мэгенн, острым ноготком счищая с выпяченной нижней губы частичку сигаретной бумаги.
Вилле лишь глуповато улыбался в ответ, соображая, издевается она над ним или...- Мэг мечтательно вздохнула, налегла на стол, чтобы дотянуться до него, и на минуту приклеилась к его удивлённым губам.
- Мы в расчёте, - после, чуть оторвавшись, сказала она.
- Даже не решаюсь представить, как бы я расплачивался, задержись тут дольше, - съязвил Вилле. - Ты со всех постояльцев берёшь поцелуями?
- Остряк-самоучка! - сыграла Мэгенн обиду. - Ты - самый мой дорогой и долгожданный гость, с тебя и спрос особенный, понял?
- Если честно, то не очень. Но извини, я ничего не имел в виду такого... Значит, я могу идти.
Быстро проглотив остаток кофе на донышке, Вилле поднялся.
Через некоторое время, одетый, он вновь спустился в ресторан и нашёл там Мэгенн соблазнительно растянувшейся в позе изнеженной кошки на маленьком кожаном диванчике с каким-то ярким журнальчиком в руках. На звук его шагов она не отреагировала.
- Ключи, - Вилле бросил ей ключи от номера; Мэг ловко поймала их одной рукой, не отрываясь от чтения. - Прощай, детка.
- Пока! Ещё увидимся...
Но дверь уже его проглотила.


Знойный полдень делал воздух почти осязаемым. Тёплый пустынный ветер с разбегу зарывался в летящие локоны, и сердце, подражая колеблющейся стрелке спидометра, всё больше набирало обороты в западном направлении. Пива и бутербродов, заботливо предоставленных неразговорчивым Гарри, должно было хватить до ближайшей придорожной забегаловки или пыльного городка, до которых Вилле планировал добраться к вечеру, если поглощать это шоссе также алчно, азартно играя с ветром в перегонки.
За старым Вилленым кадиллаком бесконечно тянулась распалённая бесполезная красота: рыжие столообразные горы, разбросанные по неясной линии горизонта деревья, взъерошенный кустарник, бланжевые холмы, растворяющиеся в выцветшей от жары лазури, - пейзаж не отличался разнообразием на протяжении многих километров, да и Вилле едва ли обращал на него внимание, рассеяно вслушиваясь в шипение радиоволн, изредка ловивших чьи-то голоса и непонятную музыку. Из головы никак не шла Мэг.
Как только солнце, похожее на очищенный персик, начало всё больше клониться к болезненно желтеющему горизонту, Вилле, наконец, невольно обратил внимание на несомненное пейзажное deja-vu из коралловых призраков кактусов. Да мало ли ещё таких природных "рефренов", подобных сухой гуаши Мохаве, можно было встретить на пути к западному побережью? Вилле не знал. Зато точно знал, что это чёртово шоссе одно, где-нибудь непременно ветвящееся, но одно разрезающее пески и равнины. Необходимо было только нестись вперед, однако сумерки уже натянули свой сиреневый чулок, а места оставались до странности дикими, такими же, как вчера, без надежды на глухой городишко или бензозаправку.
Вилле резко затормозил перед всплывшим из индиговой тьмы указателем. Долго просто сидел и смотрел на него, ощущая внутри легкую щекотку безумства от осознания всей абсурдности ситуации. Получалось, что он каким-то немыслимым, невероятным образом всё это время, весь день, ехал назад? Какая-то адская круговерть... Вилле нервно рассмеялся. Внимательно перечёл надпись на щите. Hotel "California" - невозмутимо сообщала она. Делать было нечего... Пару раз чертыхнувшись для порядка и ударив по рулю, Вилле поехал дальше.


Это был он. Тот самый отель, который вчера лихорадило какофонией джаза и охмеляло шампанским, и который сегодня в обед он покинул, расплатившись с загадочной юной хозяйкой долгим поцелуем. "По какому поводу вечеринка?" - "По поводу твоего приезда". Вилле отчётливо вспомнил именно эти слова.
На этот раз никакой вечеринки не было. Все окна отеля были жутковато темны, как будто все три его этажа затопила раскинувшаяся в небе ночь да гулкая тишина. Могло показаться, что там, внутри, вообще никого нет. Вилле не решался выйти и постучать, испытывая подсознательно тот суеверный страх, который сдерживает обычно перед темными, сонными домами, хотя бы на минуту в воображении, - притонами неприкаянных призраков...
Но вдруг дверь сама тихонько отворилась и, всмотревшись утомлёнными глазами в темноту, в разверзшейся бездне проёма Вилле различил Мэгенн со свечой в руках. Она выплыла из-за двери и встала на пороге, кротко улыбаясь, выжидательно-вопросительно склонив голову к плечу. Освободившийся локон перечеркнул мутновато мерцающее от колышущегося пламени свечи лицо. На ней было вчерашнее чёрное платьице и блестящая шаль.
- Ну так что ты там всё сидишь?! - первая отозвалась Мэг.
- Как ни странно, я всё-таки рад видеть тебя снова... - сказал Вилле, когда вышел из машины и подошел к ней. - Но я не понимаю...
- Тс-с-с...
Она смотрела на него так, как смотрят на возлюбленных, - изнемогая от нежности. Темные как неразбавленный кофе глаза ртутно поблёскивали. Линию губ держала улыбка.
- Я ждала тебя, - почти шепнула она. - Я же сказала, что ты всё равно вернёшься...
- Почему свеча?
- У фонарика сели батарейки. А свет включать - разбужу ещё кого-нибудь...
- С такими-то глазами! Я думал, ты должна видеть в темноте хорошо. Как кошка. Кис-кис!..
- Мяу... - Мэг затушила свечу, и её глаза и впрямь засветились. - Попросить Гарри принести нам чего-нибудь выпить? Вино? Виски?
- Думаю, не стоит его беспокоить, а?
- Ладно, я сама принесу. Подожди, пожалуйста.
- Я зажгу тебе свечу, - Вилле нащупал в кармане зажигалку.
- А как же мои глаза?! - беззвучно рассмеялась Мэгенн и, подмигнув, слилась с чернотой.
Вилле устало вздохнул, обернулся. Небо выставило все свои звёзды как на показ, правда, в жутком беспорядке. В сухой траве громко застрекотали ночные насекомые... Он подумал, что пустыня пахнет. Сладко.
- Я взяла неразбавленный виски со льдом, - сообщила Мэгенн, вернувшись и присаживаясь рядом с Вилле на скамейку под гигантское дерево-лампу, светящееся изнутри уличным фонарём, уткнувшимся в его крону.
- Отлично, - отозвался тот, уставившись вдаль, на особо крупную звезду над предполагаемым горизонтом.
Мэг протянула ему стакан:
- Уже лучше, чем с утра?
- У меня всегда не самые лучшие утра..
- Зато какие ночи...
- Ну да.
- ...а утро - пополам.
- Ну да.
- И ты не знаешь, как это прекратить .Да уж, у тебя крайне потерянный вид, my darling, my poor, poor darling... Переоценка ценностей?
- Раз ты всё обо мне знаешь, зачем какие-то вопросы?
- Знаю действительно многое. Но не всё.
Вилле повернул лицо к Мэгенн и долго смотрел в её ласково улыбающиеся глаза.
- Знаешь... - сказал он затем, отводя взгляд и задумчиво нежа губами край стакана. - Знаешь, я так давно уже не писал песен...
- Вот как...
- Но может быть теперь напишу о тебе…
- На самом деле, обо мне ты уже написал. И не одну.
- Неужели...
Мэг только кивнула, продолжая лукаво улыбаться. Вилле глубоко и громко вздохнул и запрокинул голову на спинку скамейки. Ничем не загромождённое небо всей своей звёздной громадой навалилось на глаза. Он долго не мог оторваться от этого зрелища.
- Скажи, Мэг, - помолчав, спросил вдруг Вилле Мэгенн, выстукивающую ноготками по стакану рваный джазовый ритм, - почему я вернулся, если всё время ехал вперёд, на запад, по одному-единственному шоссе?
- Ты думал обо мне?
- Что-что? Это имеет отношение к моему вопросу?
- Непосредственное.
- Когда ты перестанешь говорить загадками?..
- Когда ты с а м кое-что поймешь.
- Надеюсь. Тогда скажи мне, зачем тебе я? Или это тоже относится к предыдущему вопросу?
- Тоже, - Мэгенн накрыла ладонью его руку. - Но что-то я могу сказать тебе прямо сейчас... Я - единственная, Вилле, кто будет верен тебе несмотря ни на что, каким бы ты ни был... Веселым и пьяным, усталым и унылым, отрёкшимся от славы и мечты... Всё равно.
- Хорошо... - Вилле завёл за ухо Мэг её непослушный локон, ненавязчиво, но нежно проведя кончиками пальцев по щеке. - Последний вопрос, на который я имею право получить ответ: в какой части Калифорнии мы находимся?
- Долина Смерти... отсюда недалеко.

- А... ну, конечно... куда ещё меня могло занести...
- Кстати, о смерти. Тебе страшно думать о ней?
- Я предпочитаю о ней не думать. Но в смерти, наверное, скрыт невероятный покой... Хотя это очень печально - не быть.
- Боишься, что тебя забудут? Боишься оказаться совсем предоставленным самому себе?
- Не знаю... Хватит уже, наверное.. .эти непонятные разговоры вести, а? Иначе моё настроение опять полетит ко всем чертям. А не в настроении я такой занудный... Может, собственно, к делу? - переняв лукавинку из взгляда Мэгенн, проурчал Вилле, стягивая с неё мерцающую шаль.
- Вилле... Вилле, ты неисправим! - рассмеялась Мэг, безропотно принимая на свои медовые плечи его рассыпавшиеся градом поцелуи. - Ты хочешь покончить с этим, а сам подчиняешься всем демонам своих страстей... Помнишь: "Всякий, делающий грех, есть раб греха"?..
- К чёрту! Всё к чёрту... Ничья, Мэг.
- Ничья?! - звонко смеялась она запрокинутым профилем, цепко зарываясь худощавыми пальцами в по-ночному тёмные и по-тёмному томные его кудри. - Моя взяла, не забывайся! Это я, я тебя заполучила на зависть Ночи и Морфею! Это…
- Как угодно, сколько угодно!
- А слышишь?.. Слышишь,Вилле...
Нехотя отстранив свои губы от его упрямых, алкающих губ, Мэг настороженно прислушалась к отчётливому клацанью клавиш, доносящемуся из холла отеля.
- Бедному Пабло опять не спится...
- Что ещё за Пабло? - жадно нежа её шею и лицо, недовольно отозвался Вилле.
- Пианист из моего джаз-бэнда... Когда его одолевает бессонница, он спускается в холл и играет чудесные блюзы... Слышишь?..
- Не отвлекайся... - мурлыкнул Вилле, потянувшись к её губам, как заблудившийся в пустыне - к животворящему источнику оазиса.
- Но ты мне обещал... Не-е-ет, не говори даже, что ты забыл... Ты обещал быть моим на медленный танец!.. Только послушай, какой блюз!.. Вилле!
- Я и без медленных танцев - твой, твой, твой! Только ночи у нас остается с каждой нервной ноткой всё меньше... Ну не отвлекайся...


Вилле проснулся неожиданно, словно внезапно отпущенный окунутым в кромешную тьму кошмаром, и как старый курильщик схватился за сигареты. Вытащил одну, вложил в чуть подсохшие губы. По привычке постучал себя по бёдрам, будто бы ища, в каком из несуществующих карманов притаилась зажигалка. Опомнился и достал из скомканных на полу джинсов разоблачённую зажигалку, скончавшуюся ещё вчера вечером. Вздохнул, швырнул бесполезный дешёвый кусочек пластмассы на тумбочку. Вернул временно помилованную сигарету в туго набитую пачку. Откинулся на подушки... Теплая, хрупкая Мэгенн, обращенная к нему изогнутым хребтом, спала рядом и с тихим бранным бормотанием попросила дать ей поспать ещё, когда долго пялившийся в потолок Вилле, изнемогавший от желания курить и глупой, неуместной нежности, попытался было засыпать её поцелуями.
- Чёрт возьми, который час?..
В распахнутую балконную дверь пытались втиснуться плоские верхушки рыжих гор, подёрнутые сизой дымкой отдалённости, а за их могучими спинами, как озеро, прозрачно зеленело небо. Клочки розовых облаков похожи были на оторванные лепестки хризантем. Рассвело, видимо, совсем недавно.
Отыскав за барной стойкой салфетку и карандаш, Вилле вернулся в номер и написал Мэгенн записку: "Прости, детка, по-другому - никак. Ты сама сказала, что знаешь: роман всего на ночь, а утро - пополам. I just can't stop trying. Kiss-kiss, киска". Затем он неспеша оделся, сунул бумажку в пачку сигарет, опасаясь, что иначе Мэг её не заметит, и бесшумно захлопнул за собой дверь тринадцатого.
Внизу Вилле неожиданно наткнулся на Гарри, который несмотря на столь ранний час был всё также при фраке и положенных его должности любезностях. "Чья это кошка так расцарапала вас, бедного?" - Вилле послушно ждал издевательского вопроса под прикрытием вежливой озабоченности.
- Доброе утро, мистер Вало, - блекло полуулыбнулся Гарри. - Уже уезжаете?
- Да, - небрежно бросил Вилле ему в ответ, направляясь к выходу.
- Что-нибудь передать мисс Мэгенн?
- Я оставил записку. Завтракать не буду, спасибо. Есть спички?
Невозмутимый Гарри, порывшись в барных ящиках, отыскал коробок. Должно быть, других кошек здесь не водилось...
-Ты спас меня, дружище, - Вилле проверил наличие спичек, а заодно и сигарет в кармане пиджака, и шагнул за порог. - А вообще-то, - обернулся он вдруг к Гарри, - передай, пожалуйста, Мэг... что она прекрасна. В любом платье.


На этот раз Вилле повернул обратно, на всякий случай заметив, что отель точно остался позади. Вернуться в Лас-Вегас предстояло не позже полуночи, - а значит, в весьма "ранний" час для этого двадцатичетырёхчасового города. Напиться в первом попавшемся стрип-баре с Миге - и всё к чёрту?.. "Вилле, ты неисправим!" - звонко смеялась Мэг в его объятиях. Вилле чиркнул спичкой, закурил и прибавил скорости.
Заросли юкк, столовые горы, пучки сухого кустарника, кактусы, голубая даль, солнечное марево, наливающееся сладким зноем утро...
...Линялая даль, полуобморочный полдень, платиновое марево, кактусы, пучки сухого кустарника, столовые горы...
...Юкки, неискусные пустынные цветы, охровое плато, истлевающий горизонт, голубо-желторозовый закат, кактусы, сиреневая вуаль сумерек, кактусы, виноградная плоть ночи, кактусы, кораллы...
Слабый бледный свет фар неспеша лизнул призрачный дорожный указатель. И совсем скоро впереди показался трёхэтажный особняк отеля "California".


Мэг ждала Вилле у порога.
Не насытившийся указателем фаровый свет припал к босым ногам, выхватил сомкнутые на груди руки, выбелил беззащитно обнаженные плечи, мягкий изгиб длинной шеи, впалые кошачьи скулы, бледное сияние волос. Её платье сливалось с ночью.
- Н-ну?..
Вилле на минуту закрыл глаза и чуть мотнул головой, словно желая отогнать от себя навязчивый сон.
- Иди... Иди ко мне, мой бедный, блудный мальчик, - с улыбкой тихонько позвала Мэг и протянула ему руку.
Вилле сомнамбулично улыбнулся в ответ и послушно вышел из машины. Объятия Мэгенн были голубой лагуной, спасением, они обещали то, чего никто не мог больше дать.
- Я люблю тебя.
Словно обессиленный негой, Вилле скользнул по черному шелку вниз и упал перед ней на колени, крепко обвив лиловатые ноги. Было невероятно хорошо... Фонарь и фары обдавали их жидким прозрачным электричеством... Изредка по ним проскальзывали подвижные тени крошечных привидений - наивные мотыльки соблазнялись светом... "Свет по сравнению с темнотой пустота," - толи подумал, толи услышал Вилле. Отпускать её не хотелось. Но и ласкать её сейчас не хотелось тоже: не было ничего плотского, а лишь какая-то замена плотского, выраженная в простых терминах полусна... Ему казалось, в нём зреет рыдание. Он готов был сказать, что она - его в с ё. Но оба молчали. Играл какой-то невыносимо печальный блюз.
Худощавые пальцы окунулись глубоко под ночное море кудрей Вилле, а затем нежно, но крепко обхватили его за горячую шею, выемками ладоней выслушивая пульс, а затем, нырнув обратно в волны волос, руки бережно обняли голову.
Вилле почувствовал, что она счастливо, но совершенно беззвучно смеётся.
А Мэг лишь кротко поцеловала Вилле в лунную макушку, - и он, наконец, ощутил ни с чем не сравнимый, никогда раньше им не испытываемый п о к о й...

* * *

Welcome to the hotel "California" мелькнуло перед сонными глазами, спугнув тяжеловесную сонливость с век. Если по ночам и случаются миражи, то это, несомненно, видение подобного рода... Благополучно миновать.
Но совсем скоро в ночи действительно замаячил отель. На первом этаже, который занимали холл и ресторан, было весело и многолюдно, неистовствовал джаз, вечеринка была в самом разгаре.
- Миге, наконец-то! - радостно воскликнула незнакомая блондинка в маленьком черном платьице, изумительно щуря миндальные глаза цвета неразбавленного кофе. - Как здорово, что ты заехал! Ищешь Вилле? О, ты же его знаешь, где ещё ему быть, как не у столика со спиртным. Вон в том конце холла... - изящный жест руки, отправляющий растерянный взгляд через весь зал. - Да, вон он. Так откровенно клеет какую-то ужасную брюнетку! Стоит только оставить его на минуточку... Неисправимый развратник. Ах... sorry, darling... я ненадолго оставлю тебя. Чувствуй себя как дома. Вилле здесь безумно нравится, - долгий влюблённый взгляд через весь зал. - Миндаль? Шампанское?


Back to the Close to HIM Main Page