Авторы: Kris_Uniq и Melamory

 

Join HIM in Hell

 

Kappale II. Migé Amour – Missionary of Love

А теперь вернемся на несколько часов назад, чтобы узнать, что произошло с еще одним героем нашей эпопеи.

Миже казалось, что день складывается просто замечательно. Утро, правда, прошло для него (за исключением завтрака) незаметно. Днем все ХИМы предприняли смелую попытку пошататься по городу, но были загнаны обратно в отель толпой любвеобильных поклонниц. Им ничего не оставалось, как сидеть в баре и делать то, что обычно делают люди в подобных местах.

Было достаточно весело, выпивки хватало, Миже на радостях даже начал строить глазки некой особе, сидящей в другом конце зала. Она отвечала тем же.

Ближе к ночи на Вилле напал очередной приступ дурного настроения, и, пробормотав что-то вроде "пойду проветрюсь и вообще", он вышел из-за стола, прихватив с собой бутылку пива. Тогда Миже решил перейти к активным действиям в отношении той самой дамы. Сначала он хотел заказать для нее двойной мартини и отправить с официантом "от анонимного поклонника", но потом подумал, что уже давно не чувствовал себя неуверенным тинэйджером, да и долгого и серьезного романа он заводить явно не собирался. Однако подойти и прямо так в лоб предложить удалиться в номер тоже было слабо. Точнее, вряд ли что-то может быть "слабо" "миссионеру любви", однако получать гордый отказ тоже как-то не хотелось.

Миже прокручивал в голове все возможные варианты поведения, выбирая тот, при котором отказ наименее вероятен. Внутренний голос ничего не подсказывал. Остальные ХИМы развлекались, глядя на товарища, оказавшегося в затруднительном положении. Наконец он решился... Призвав благословение всех богов, которые только существовали в этом мире, он встал из-за стола и направился к "объекту желания".

Казалось, те самые боги были в тот вечер на стороне готового на любые подвиги Мижа. Предмет его жгучей страсти последних минут двадцати, видимо, был не только не против такого общества, но, можно сказать, и сам желал встречи. В общем, девушка явно была рада видеть рядом с собой экстравагантного молодого человека. Да и кто бы, будучи на ее месте, отказался бы от такого чуда, сидящего за столиком, да еще и готового швыряться ради тебя всеми своими сбережениями. Швыряться, конечно, было чем. Но ведь не ради этого Миж оторвал задницу от нагретого места за столиком своих друзей.

Миже очень хотелось быть оригинальным и не говорить банальностей вроде "А вы тоже тут скучаете?" или "Какая прелестная погода на улице". Но как назло он не мог придумать ни одной мало-мальски умной фразы. Тем не менее, естественная и всегда обескураживающая необходимость познакомиться маячила и не собиралась отступать. В итоге он просто поинтересовался: "Как вас зовут?"

”Серпентина" - приятный голос слетел с очаровательных губ.

Кто бы мог подумать, Миже действительно был потрясен. Он перестал впечатляться любыми женскими прелестями классе эдак в восьмом - когда точно, он уже и сам припомнить не мог. Однако видимо, эта девушка была близка к тому, чтобы потрясти видавшего самые разные виды басиста ХИМов.

"Миже", - стараясь скрыть охватившее его волнение, произнес соискатель счастья на одну ночь. Ему показалось, что его двусложное "Миже" прозвучало как-то одиноко на фоне завораживающего "Серпентина". Он уже было собрался произнести вслух все свое длинное (в лучших традициях финского народа) имя, однако осекся и уже более уверенно сказал: "Да, мои друзья зовут меня так. Миже".

Девушка,  чувствовала себя легко и свободно. Она протянула Миже руку. Он жадно схватил ее и прижался к ней губами - такого с ним не было не то что с восьмого класса!.. Он не был уверен, что такое с ним вообще когда-либо было.

Кожа девушки была приятно прохладной на ощупь. Держалась она уверенно. Было видно, что она привыкла нравиться мужчинам. Серпентину окружала аура какой-то странной и загадочной притягательности. Аромат ее духов прекрасно гармонировал с внешним видом девушки. Одета она была скромно, но почему-то при взгляде на нее по телу Миже пробегала дрожь. И если от ее руки он смог оторвать свои губы, хотя и испытал жгучее желание пропутешествовать вверх по руке, к плечу, то свой взгляд от ее красивой груди он оторвать был едва ли в состоянии. Ее атласное платье изумрудно-малахитового оттенка подчеркивало красоту ее кожи. На ее груди покоилось колье, сделанное под бронзу и оттого казавшееся безумно тяжелым.

Сплошные странности происходили с Миже в тот момент. Мало того, что он волновался как на первом свидании с девочкой из соседнего класса, так у него еще и в голове начали складываться стихотворные строчки во что-то вполне цельное:

Твоя кожа как бархат, глаза - бирюза,

Твои губы как спелые вишни.

Все в тебе хорошо, это так, но...

«Но...» -  Миже запнулся на этом "но". Ему бы стоило уделить внимание своей интуиции и прислушаться к подсознанию, которое готово было уже начать бить тревогу и орать про это "но". Однако не это сейчас занимало любвеобильного миссионера. Миже разглядывал колье Серпентины. Оно, несомненно, было очень древним. Этот шедевр ювелирного искусства был выполнен в форме змеи, обвившейся вокруг нежной шеи девушки. Изумрудные глаза змейки, которая казалась почти живой, ярко поблескивали. Серпентина заметила интерес Миже к украшению:

"Мне его подарил мой старый друг".

Миже жутко покраснел и опустил глаза, ведь это выглядело так, как будто он, грубо говоря, пялится на ее грудь. Однако Серпентину это ничуть не смутило и она, как показалось Мижу, на ушко, доверительным тоном, рассказала о том, что это, действительно, древнее украшение, выполненное по заказу одного влиятельного венгерского графа, потомки которого сейчас живут в Финляндии.

"Таких змеек всего 69... И все 69 находятся в хороших руках", - заключила Серпентина.

Тем временем подоспел и их заказ: очередное пиво для Мижа и... Bloody Mary для девушки. Конечно, если бы Миже был хоть чуточку внимательнее, то он попытался бы связать воедино все, что говорила и делала сидящая рядом красавица. Но она была слишком хороша, чтобы он стал обращать внимание на робкий шепот подсознания. Миже довольно неласковым тоном посоветовал своему внутреннему голосу заткнуться и не мешать ему наблюдать за Серпентиной. Однако и сам Миже, без своего подсознания, понимал, что в ней было что-то странное. И это не давало покоя нашему "рыцарю".

Она выглядела примерно на 23 года. Но ее глаза не были глазами юной девушки. В них была какая-то непостижимая глубина. Иногда ее глаза смотрели нежно, но порой в них появлялись какие-то демонические искорки. При этом Миже, который был отнюдь не новичком в любовных делах, то утопал ее взоре, то испытывал нечто, близкое к естественному страху. Он с интересом наблюдал, как Серпентина потягивала свой, необычный для такого утонченного создания, коктейль. Сам Миже глушил пиво и становился заметно пьяным. Не сказать, что ему это нравилось, но и остановиться он тоже не мог. И вдруг Миже как подкинуло на стуле: ему показалось, что на губах Серпентины не Bloody Mary, а самая настоящая кровь, темная, густая. Этот эффект исчез также мгновенно, как и появился. Мижу ничего не оставалось, кроме как списать это на свои пьяные глюки. Последствия принятия большого количества алкоголя начали сказываться сильнее. Почему-то у Миже в голове засела мысль о "старом друге", и он почувствовал что-то похожее на укол ревности. Но красавица, казалось, читала его мысли:

"Я не видела моего друга в его истинном обличии уже лет... - она на секунду замялась – пятьсот…" - и она рассмеялась своим чудесным смехом. Миже, которого уже могло рассмешить все что угодно, тоже засмеялся. Однако атмосфера над их столиком как-то неприятно застыла. Миже носился по своему сознанию в поисках интересной темы для разговора и случайно наткнулся на мысль, которая как раз в этот момент была занята тем, что беспокоилась о Вилле: его-то Миже тоже не видел уже очень давно.

Неприятную и немного удручающую паузу оборвал аккуратно подстриженный конопатый мальчик. Миже, который ни слова не знал по-венгерски, сначала даже не сообразил, чего от него хотят. В руках мальчика была корзинка с цветами. Цветы были самые разные, все безумно трогательные и пахли просто обалденно. Миже и Серпентина одновременно потянулись к букетику, собранному из синеньких и розовеньких цветочков. Выбор был сделан. Мальчик, довольный, удалился.

Серпентина была явно тронута:

"Ах, как давно мне никто не дарил цветов", - прошептала она, и стала похожа на простую  девушку, а не на ту пугающую незнакомку, какой она казалась в начале из общения. Она взяла букетик из рук Миже и несмело поцеловала его в щеку. Потом встряхнула головой, отгоняя какие-то свои мысли, и на этот раз поцеловала его по-настоящему. Миже не ожидал такого поворота событий, но с удовольствием ответил на поцелуй. С другого конца зала на Мижа с незнакомкой почти с завистью смотрели оставшиеся ХИМы. Но Миже об этом не думал. Он упоительно целовал пленительные губки Серпентины, а она, вырвав один из цветочков из пышного букетика, ласкала им лицо и без того офигевающего Мижа. Ему было чертовски хорошо, и Вилле, шатающийся неизвестно где в компании с бутылкой пива, отошел на задний план. Миже хотелось, чтобы этот вечер продолжался вечность или, по крайней мере, подольше. Он что-то нашептывал девушке на ухо и банально сходил с ума от страсти. Но вот прекрасная Серпентина вырвалась из его объятий и произнесла:

"Миже, - вице-ХИМ отметил про себя, что ему нравится свое имя, произнесенное с практически неуловимым акцентом этими нежными губами, - здесь слишком людно и не очень уютно. И… мне очень хочется посмотреть на твой номер".

Серпентина кокетливо подмигнула. И Миже понял, что ради ЭТОЙ женщины он готов на все возможное и невозможное. Конечно, в другое время он бы смутился такой переменой в его новой пассии: только что она была воплощением чистоты и почти что средневековой романтики, и вдруг сама откровенно  тащила Мижа в постель. Даже сейчас взор ХИМа изобразил легкое удивление, однако это не имело никаких шансов встать между ним и Серпентиной. Миже не отказался бы от нее ни под каким предлогом. К тому же, если разобраться, именно такой и была его цель с самого начала.

"И вообще, отказывать девушкам невежливо", - подумал про себя Миже, с чистой совестью встал из-за стола и, как истинный джентльмен, подал руку Серпентине. Уходя из бара, он краем глаза заметил, что ХИМовский столик опустел. Но это не могло испортить настроения Миже, который до сих пор не мог поверить в свою удачу.

Противный внутренний голос опять пытался что-то завопить, но не был услышан.

"Его Величество на редкость вовремя свалил проветриться, надеюсь, его еще не скоро принесет обратно... - порадовался за себя Миже, пропуская красавицу в номер и закрывая за собой дверь. - Сейчас его нет - и это главное! Сегодня явно мой день!"

Серпентина явно чувствовала себя как у себя дома. Не спрашивая разрешения (она знала, что сейчас ей будет позволено и не такое!) она подошла к бару и, внимательно осмотрев все бутылки, налила в стакан венгерский ягодный бальзам. Миже неодобрительно покосился на круглую пузатую бутылку из темного стекла. Он был искренне убежден, что выбор Серпентины - отъявленная гадость и вообще не заслуживает никакого права называться выпивкой, и после недолгих раздумий налил себе напиток для настоящих мужчин - виски. Однако Серпентина, в свою очередь, явно не одобряла выбор будущего партнера по one night stand. Она подошла поближе, грациозно опустила стакан с виски на пол, обмакнула свой пальчик в ягодный бальзам и размазала его по губам Миже. Тот млел.

"Ты сводишь меня с ума", - прошептал он. Ничего больше сказать она ему не дала. Спустя пару мгновений Миже уже вдавливал девушку в кровать, демонстрируя отменное искусство французского поцелуя.

И тут-то и началось то, что надолго лишило Миже душевного покоя. Оторвавшись от губ Серпентины, он обнаружил, что она стала как будто бы выглядеть старше.

"Эх, не стоило мне так пить", - посетовал Миже про себя, списав эти мистические явления на элементарные глюки. Но... о ужас... через 5 минут она уже выглядела старше его матери и, плотоядно улыбаясь, что-то шептала. Миже просто не мог в это поверить. Только что с ним была ослепительно красивая девушка, а теперь... Миже протер глаза: лучше не стало.

"Дьявольщина", - выругался Миж.

"О, а ты, оказывается, догадливый", - постоянно меняясь в лице, грубым голосом сказала дама в летах, сидящая радом с ним, вся покрытая морщинами.

"Бог ты мой", - прошептал Миже.

Кажется, до него дошло то, о чем трудно было бы даже подумать. Он дернулся от Серпентины, но она оказалась проворней. Рванувшись к нему, она изо всех сил  резко толкнула Мижа, который, вообще-то, никогда не отличался легкостью и изяществом.

"Сейчас будет бум и больно", - почему-то с ехидцей подумал Миже. Но бума не было. Они летели вниз, потому что вместо кровати образовался настоящий портал.

"Вот, провалились в какую-то чертову дыру", - подумал Миже и, вспомнив одну весьма известную сказку, съязвил, - Ну и где же белый кролик?"

А между тем летящая рядом Серпентина с каждым мгновением все более теряла человеческий облик. Ее глаза и губы холодно поблескивали и в темноте напоминали драгоценные камни. Одежда тоже преобразилась - если ту полупрозрачную ткань, напоминающую тончайший газ и небрежно накинутую, как греческую тунику, можно было назвать одеждой.

"Боже, да это змея! Нда, любовничек... попал ты, - Миже начинало клинить... - Вот тебе и серпентина. Мог бы и догадаться..."

Серпентина тем временем уже откровенно смахивала на змею. Но ужаснее всего было, что она стала обвивать Мижа. Дышать ему становилось все труднее. Однако даже в таком состоянии ему удалось заметить, что теперь они уже не летят вниз, а их словно затягивает ветром в какой-то жуткий коридор.

"Если это моя смерть, то где же свет в конце туннеля?"

Конец размышлениям Миже положил банальный пол какой-то маленькой комнатушки, на который он "приземлился". Сначала было совсем темно, но потом, когда глаза слегка привыкли, ХИМ №2 смог разглядеть... уже знакомого нам чертенка. Тот удостоил Миже мимолетного взгляда и начал строчить что-то в своем блокноте. Закончив это в высшей степени интересное занятие, он обернулся к Серпентине:

 "Номер 666 внесен в список. Спасибо, Леди Серпентина. Кстати, ваш отец просил передать вам, что он сейчас очень занят и сожалеет, что не может встретиться с вами немедленно". 

"Спасибо, Колметойсто, - устало произнесла Серпентина, в очередной раз перевоплощаясь в девушку. - Миже, мне надо отлучиться на некоторое время. Я тебя найду. Не скучай: у нас впереди целая вечность".

И, засмеявшись, она просто испарилась в воздухе. Миже, никогда особо не веривший в чудеса, не допускал и мысли о том, что можно просто исчезнуть. И он принял единственное возможное в данной ситуации решение: подошел к тому же месту и... понял, что никакой стены на самом деле нет.

«Завтра же у нас концерт. Доннер веттер, Вилль меня распнет!» - и с этими мыслями Миже шагнул в густой серый туман...

 

 

To be continued…


Back to the Close to HIM Main Page