Автор Infernal Trinity

Love You Like I Do

Prologue

Это было в том диком, больном октябре...
Я бежала от ран, что кровили в душе.
До безумья устав от себя и людей,
Я стремилась к покою, лесам и земле.

Я искала мест, полнившихся тишиной.
Скрытых троп, там где можно остаться собой.
И одна из тех странных дорог привела
Прямо к старой церквушке, сожженной до тла...

I.
Черным стенам, когда-то дарующим свет,
Были сотни и сотни истёршихся лет.
На останках поросшего мхом алтаря
Виден след был голодного злого огня...

С сердцем, замершим вдруг, я стояла среди
Умерщвленной веками назад красоты,
И развалины старых, истлевших вещей
Мне, казалось, кричали о боли своей.

Вот резная скамья, вот обломки лепнин, –
Вникуда устремивший свой взор серафим, -
Канделябр чугунный в пыли и траве
И осколок стекла, потускневший в золе...

Здесь стояла на медных опорах купель…
Там – лишь камни от уединенных молельнь…
Среди мраморных плит вырос чертополох -
Равнодушный свидетель ушедших эпох.

Оглушенная лавой видений былых,
Шла я будто на голос, что слаб был и тих.
Обогнув пепелище, взобралась на склон...
И попала на кладбище давних времён.

...Я брела среди старых и странных гробниц
И дышала забвеньем истершихся лиц.
Чуть касалась крестов... И читала слова –
Даты, клятвы, признания и имена.

Изваянья сменялись одно за другим.
Солнце близилось к Западу, я шла за ним, -
В сердце скорбного сада из каменных плит,
Раздвигая руками столетний самшит.

Словно отзвук больного, щемящего сна
Чья-то тёмная сила упрямо вела
К неприметной могиле средь дикой травы -
К оде смерти, лишенной навек теплоты.

Преклонивши колени на серый гранит,
Жадно имя искала того, кто здесь спит.
Ворох листьев и пыли смахнула сухой...
"Здесь Ленора, так сильно любимая мной..."

Сердце сжало тугое стальное кольцо.
Перед взором на миг вдруг мелькнуло лицо:
Бледный абрис красиво очерченных скул...
Женский образ в молитве к иконе прильнул...

Чуть трепещут ресницы, чуть губы дрожат,
Взгляд застыл на кресте, где Спаситель распят.
Пальцы к пальцам, а с губ, что нежны как цветы
Без запинки, беззвучно слетают псалмы...

И во всем её облике – свет и покой.
Юный Ангел с прекрасным лицом и душой...
И я чувствую, как против воли слеза, -
По Леноре, - рождается, слепит глаза.

Я смотрю в небеса, - тучи гасят закат.
Я так жажду понять – что случилось и как?
Отчего эта дева с улыбкой святой
Обрела свой приют под могильной плитой?..

Начинается дождь... В небе, в сердце – темно.
Словно небо мне каплями вторит: "за что?.."
И ответом нежданным – невидимый Глас
Мне чуть слышно поведал печальный рассказ...

II.
...Эта церковь была, как изящный цветок,
С витражами, летящими под потолок.
С вязью фресок, с которых, как будто живой
Сам Создатель взирал на тебя с теплотой...

Там блестел яркий глянец дубовых ризниц,
Пол – украшен гравюрой с библейских страниц.
И сонм ангелов нежных со стен наблюдал,
Как луч света на медном кадиле играл...

Всяк пришедший, приют и покой находил,
А по праздникам в церкви орган говорил.
Там венчали любовь и прощали грехи,
Там был воздух священен и мысли легки.

III.
Сладкий ладан дымился, окутав алтарь...
Перед ним, впившись взглядом в потертый стихарь,
Преклонивши колени, священник стоял,
Четки в пальцах лаская, слова он шептал.

Молод был и красив он в молитве своей,
Но таилось страданье в изломе бровей.
Блики сотен свечей отражались в глазах,
Он ответов искал, глядя на образа.

И в застывшем лице с тонкой линией скул
Нет покоя, но только – смятенья разгул.
Дрожь огня отразилась на гладкой щеке
И сорвавшийся стон прозвучал в тишине:

"О, Господь Всемогущий! Неужто тебе
Я так плохо служил эти дни на земле?
Что решил Испытаньем меня покарать
Беззаветную веру сомненьем сломать?..

О, я знаю, что слаб, но в смятенья часы
Ты был рядом – оазис святой чистоты
Я служенью тебе отдал жизнь и себя
Почему же сейчас ты оставил меня?.."

Он поднялся с колен, он устало вздохнул,
И придвинув к органу резной тонкий стул,
Тронул клавиши... Музыка плачем плыла
О Леноре, чей образ он гнал от себя...

Кроткий взмах её длинных, летящих ресниц:
"О, Отец Мой, с молитвой я падаю ниц
Перед вашим призваньем... душой трепещу,
Быть подобною Вам в вашей жертве хочу!.."

И он прячет глаза, больше смерти страшась,
Что она прочитает в них тайную страсть,
Его жаркие чувства, - не к Богу, но к ней, -
За которые сгинет он в Адском огне.

"Дочь моя, наш Создатель велик и един.
Я – слуга его скромный... Ко мне подойди,
Мы преклоним колени бок о бок с тобой,
И на нас снизойдет благодать и покой".

Она робко подходит и руку берет...
В знак смиренья губами к запястью прильнет.
И не ведомо ей, что тот сорванный вздох
Поцелуй её вызвал, а вовсе не Бог...

Опустившись пред Ликом и веки прикрыв,
Она молится тихо, себя позабыв.
Он же смотрит на бледный пергамент щеки
И на руки её, что нежны и легки.

И опять ночь без сна – в липком, диком бреду,
Проклиная свой сан и её чистоту,
Вспоминая изгибы покорных плечей,
Умирает он в грешности неги своей.

Жадно молит, чтоб гнёт искушенья угас,
Но сквозь строчки молитв, нарушая экстаз -
Шея белая... локон, упавший на грудь....
"О, Спаситель, я проклят! Меня не вернуть...

Пониманье терзает похуже плетей,
Я - смиренный твой раб, но все мысли - о ней.
Разум с сердцем ведут нескончаемый спор,
И я сам для себя - стражник и приговор.

Мне бы стан её тонкий руками обвить,
Мне б ей броситься в ноги и жадно молить,
Попытавшись словами поведать про страсть…
Но она не поймет, лишь отпрянет, крестясь.

И навек потеряет доверия свет,
Новой пыткой мне станет презрения гнет.
И молчу, и смотрю, умирая в огне…
Небеса, я прошу, помогите же мне!..

Перед взором моим - Преисподней костры,
Душу гложет предчувствие скорой беды…
Что мне делать?.. Ведь в мысли единой тону -
Я Ленору отдать не смогу никому!"

IV.
Час рассветный… В оврагах стелился туман.
Перезвон благовеста к заутрене звал.
Мрак ночной отступал, высветляя Придел
Новый день занимался. Так Бог повелел.

На большом канделябре застыл воск с свечей,
Так похожий на тайные слёзы о ней.
Слабый солнечный луч на сутане дрожал, -
У окна с витражами священник стоял

Он три дня не молился, он сжег свой стихарь,
Его взор устремлен был в безвестную даль.
На спокойном, чуть бледном, красивом лице
Отражалась тень Смерти в терновом венце.

Тихо скрипнула дверь. Отзвук лёгких шагов
Возвратил его в мир мрачных полутонов.
Обернулся, и взгляд отрешенно скользнул
По Леноре, привычно спешащей к нему

Он уже не страдал… Лишь внутри глубоко
Отозвалась струна, - мимолетно, легко…
Для себя всё решив, он как призрачный лес
Сбросил листья сомнений, - он замер, исчез.

И не дрогнет рука, и назад не шагнуть…
Он дает ей с молитвой к иконе прильнуть,
Осеняет распятием с ликом Христа
И вливает вино Причащенья в уста.

С молчаливой, бескрайней, щемящей тоской
Он касается губ её тонкой рукой,
Утирая разбавленный медленный яд,
Что подсыпал в вино он мгновенье назад…

И уже не таясь, тронет пальцами шелк
Её нежных волос, у виска завиток…
Тихо шепчет, и ей никогда не узнать -
Не псалмы то, но смерти грядущей печать.

«Дочь моя, ты чиста, словно горный ручей…
Так невинна, - ты станешь навеки ничьей.
Знай же, что до последнего судного дня
Никому не любить тебя больше, чем я!

Бог покинул меня. Я лишился всего.
Мне не жить без тебя, как не жить без него.
И еще один грех, словно ветка в огонь -
Уходя, я тебя забираю с собой».

V.
…Одинокие листья слетали с ветвей,
Заметая могилу и надпись на ней,
Укрывая навек преступленья следы,
Приглушая рыданья и шелест толпы.

И никто не заметил, как в церкви, дрожа,
Огонек от свечи разрастался в пожар.
Как голодный огонь с упоеньем лизал
Позолоту и воск, стены и образа.

И никто не услышал, как еле дыша,
Вдруг заплакал орган, словно чья-то душа…
И сквозь ноты, под купол, от боли звеня -
«О, Ленора!.. Навеки… Навеки моя!..»

VI.
Я очнулась... Дыханье сорвалось на всхлип.
Не в себе от кошмара, что в мыслях возник.
В цепких лапах тягучего ужаса той,
Что безвинная, тлела давно под землёй…

И бежала я прочь мимо каменных плит,
Раздирая в кровь ноги об острый гранит,
С диким, жгучим желаньем – забыть навсегда
Те места, где так страшно любовь умерла…

Но с тех пор, просыпаясь в бреду по ночам,
Мне всё слышится тихо звучащий орган.
И две тени приходят без спроса в мой дом -
В платье белом и в черной сутане с крестом…

Epilogue

На могиле, чуть трогая струны дождя,
Тихо пел грустный ангел, сложивший крыла.
Вечный страж, охраняющий чуткий покой
Девы нежной, погибшей от страсти святой.

Пой же, ангел, о том, как Леноры душа,
Распрямив свои крылья, неслась в небеса,
А за ней - скорбный стон, через шелест дождя:
"Никому не любить тебя больше меня..."

Плачь же, ангел, о ней... И о Том помолись,
Чья любовь оказалась сильнее, чем жизнь,
Превратившись в надгробье с гравюрой витой -
"Здесь Ленора, так сильно любимая мной".

/22.08.08-2.09.08/
Inspired by V.H.V., dedicated to the same one... with love


Автор Infernal Trinity
Привет на мясорубку от Тринити. Аоедерра

The Reaper

Ты видел когда-нибудь Демона Смерти,
Что души людские уносит во тьму?
Что жизни твоей завершение чертит,
Бесстрастной рукой закрывая главу?

Ты думал - он старец с седой бородою,
Иль карлик убогий с клеймом на лице...
И как удивился, узрев пред собою
Изящного юношу в черном венце.

Ты помнишь - тогда своего изумленья
Во взоре ослабшем ты скрыть не сумел,
И тайной надежды слепого волненья...
А он улыбался и в душу смотрел.

Как мог ты подумать, что вестник смертельный
Так жизнью наполнен, настолько красив?..
Ты жег своим взглядом рисунок нательный,
А он позволял, слова не проронив...

Он ждал твоих мук с любопытством игривым,
К стене прислонившись и бровь приподняв.
Он кутался в черную тьму своих крыльев,
В безжалостных пальцах судьбу твою сжав.

Смешалось дыханье... Ты замер в волненьи,
Бросая свой взгляд в омут цепких очей...
Ни страха, ни гнева, а лишь - восхищенье
Порочностью губ и изгибом плечей.

Не зная, что делаешь, вскинул ты руку,
Коснувшись пергаментной бледности скул...
Он принял всю ласку, а после - со скукой
Лицо наклонил и чуть слышно вздохнул.

Но стал он растерян, - ты мог бы поклясться! -
Он скрылся за струями длинных кудрей.
Как будто никто до тебя не касался
До трепетной кожи, что снега белей.

И проблеск надежды опять всколыхнулся, -
Он был так красив, он не мог быть Жнецом!..
Быть может... Но тут он слегка улыбнулся,
И боль твое тело сковала в кольцо.

В ушах дико взвизгнули адские скрипки,
Ударив по нервам, сорвавшись на стон,
Ты скорчился от неожиданной пытки,
Упав ему в ноги разорванным сном.

Жизнь тонкою нитью порвалась под кожей.
Твой вздох, устремившийся ввысь, угасал...
Но чувствовал ты восхитительной дрожью,
Как взор его жгучий твой облик ласкал.

Сцепившись с ним взглядом, ты падал так долго
На дно его темной бессмертной души,
И видел там злость беспощадного волка,
И чуял тоску его в мертвой тиши...

Прозрачные струи смертельного яда
Струились в тебя из кошачьих зрачков,
Но с острой истомой ты знал что он рядом
И жизнь отдавал в его руки без слов.

Чуть дальше реальность, а Вечность - чуть ближе.
Слепым мотыльком - в его пламя, в Него...
О, как же блестит черный шелк его крыльев!..
А нервные губы пьянят, как вино...

Ты им любовался, теряя сознанье, -
Пик чувств обнаженных пред смертным концом.
И, в тьму уходя, тихо молвил признанье:
"Я мог бы любить тебя в мире другом...

Я свет этот через мгновенье покину,
Но нет сожаленья, и страх мой молчит.
Ты слишком прекрасен, чтоб быть моей жизнью -
Так пусть моя смерть нас воссоединит!"

Он вздернулся, словно ужаленный плетью,
И взгляд как ножом полоснул до крови.
И понял ты - Жнец, души бравший столетья,
Сам втайне завидовал смертной любви.

Судьбой одинокой скитаясь сквозь тени,
Стремление страстное прятал в себя, -
Подальше, поглубже, - и кутал в забвенье
Заботливо, точно больное дитя.

Но ты все разрушил. Смотрел он тревожно,
Меж черных бровей пролегла полоса.
Он веки прикрыл, он вздохнул осторожно...
И смерти печать соскользнула с лица.

Бессильный сдержать в мыслях ласки нежданной,
Тебе отвечал, не сумев устоять...
Но знал ты, - тебе, взбередившему раны
Сомнений, - пощады теперь не видать.

Тебе не простит он ни нежности слабой,
Ни грусти своей... Его пламенный взор
Единственной был и недолгой наградой,
И взгляд этот нёс для тебя приговор...

Но взял ты чуть больше - увидев без маски
В мгновение тайных стремлений его...
Мир медленно таял, теряя все краски,
А пальцы хранили той кожи тепло.

   ...Ты утром проснулся в холодной постели
   И долго лежал, вновь вживаясь в кошмар.
   Фальшивыми нотами нервы звенели,
    А тело сжигал лихорадочный жар.

   Восторг пробуждения спутал все мысли,
   Прошелся по венам горячей волной.
   Так остро еще ты не чувствовал жизни...
   И только в душе ныла страшная боль.

   Боль - словно тебя разлучили с бесценным,
   Страдание - будто ты все потерял.
   Ты рад был, что Жнец оказался лишь бредом,
   Но чувствовал, словно везде проиграл...

   Ты умер во сне без искры сожаленья,
   По собственной воле став жертвою Зла.
   Лишь ближе к Нему - не желая спасенья...
   Но утро расставило все на места.

   Он был лишь кошмаром - опасно-красивым...
   (Ты губы кусал в беспросветной тоске...)
   Он был беспощадным, и столь же ранимым...
   Он таял в ночи, как прибой на песке.

   Всё то, что так дорого, томно-прекрасно
   За ним уходило, - ты чувствовал, знал,
   Поддавшись своей одержимости страстно,
   Ты в странном смятенье к окну подбежал.

   Как будто пытаясь догнать сновиденье, -
   Вернуть эту ночь, свою смерть и Его, -
   Окно распахнул, задыхаясь волненьем,
   Почти ненавидя и Жизнь, и Восход...

   Когда же, смирившись, все чувства умолкли,
   Ты ниц опустил свой истерзанный взор...
   На белом окне, чуть блестя черным шёлком,
   Лежало забытое мраком перо...


Автор Infernal Trinity

Mea cupla **

I.
Горит чуть призрачное зарево заката.
Алеет тронутое заревом лицо...
Её душа разбита голосом набата,
Её толпа сжимает в тесное кольцо.

Ступни в крови, изранены дорогой, -
Она так долго шла босая по камням.
Её уста давно не повторяют имя Бога,
А руки отдались связавшим их ремням.

Плетьми изорвана спина, шипами - платье...
"Колдунья! Ада Дочь!" - летят в неё слова.
Она спокойна... Что ей те проклятья?..
Когда единственный, кто дорог - промолчал...

Она уже не вырывается на волю.
Погас весь пыл, изжит немой укор...
Её глаза, - прозрачные от слез и боли, -
Покорно приняли жестокий приговор

Она ни у кого не просит снисхожденья
И средь толпы уже не ищет бледного лица...
Уйдя в свой мир, лишь ждет на возвышеньи
Последний миг желанного конца.

И вскоре, в ужасе от страшного обряда,
Дождем заплачет сумрачное Небо... А пока
Последний луч последнего заката
Огнем сверкает в рыжих волосах.

II.
"Сожгите ведьму!" - крикнул кто-то первый
И ветер гулким эхом подхватил призыв
Толпа взревела, - возбужденно, нервно, -
Сжимая в тайной панике нательные кресты.

И взоры жаждой крови заблестели,
На дно души укрыв священный страх.
В измученную плоть полыни ветки полетели,
Приправив горечью вкус крови на губах...

Священник рядом вдруг забормотал молитву.
Она чуть вздрогнула, услышав цепь псалмов.
Боль вновь прошлась по сердцу острой бритвой -
Её хоронят заживо под звук священных слов.

Но, обреченная, она не о себе страдала...
Какое дело ей до ран, горячих, как закат?...
Перед глазами был лишь тот, кого теряла, -
Ей больше не упасть в его бездонный взгляд...

Она оставит красоту его на попеченье ветру...
И не увидит в тех кудрях игривых солнца блик....
Она лицо подняла к остывающему небу
И вдруг над площадью её вознёсся крик.

III.
И все услышали: "О, милый, я виновна!..
То признаю... И от расплаты страшной не бегу...
Нет, не колдунья я, но всё-таки греховна -
Не Богу, а тебе в своих мечтах принадлежу...

И я, собрав истерзанной душой остатки силы,
Взойду в объятья пламени... Но знай -
Моя вина лишь в том, что я любила,
Посмев искать в твоих глазах запретный Рай.

Забыв про всё, твоё лишь помня имя,
Тебе в ночи молилась чаще, чем Святым...
Но я свой грех давно страданьем оплатила,
А их попытки наказать меня - смешны, -

Твою улыбку из души мольбой не выжечь
И дымом едким красоту твою не скрыть...
Пускай жесток ты, - я тебя хочу лишь видеть
И лишь твоей рабой послушной быть!..

Я не боюсь проклятий, пусть сгорает тело,
Ведь я внутри давным-давно мертва...
С тех самых пор, как ты под этим Небом
Мою любовь холодным взглядом покарал.

И наказание твоё страшней, чем все их бредни -
Смотреть в тебя, - и видеть пустоту...
И я взойду в костер, - хоть я совсем не ведьма, -
Ведь без твоей любви жить дальше не могу...

Пройдя огонь, я перед Господом предстану
Душой разбитой каяться у алтаря...
Но всё равно тебя любить не перестану!..
О, мой единственный... Это сильней меня!..

Тебя я за предательство не осуждаю...
И ты меня за чувства строго не суди.
Ты моим светом был, я всё тебе прощаю, -
А ты, прошу я, за любовь меня прости...

И лишь одно сейчас слепой тоской терзает -
Что я пред смертью не смогу тебя обнять...
О, Небо, пусть никто из них вовеки не узнает
Как тяжело любить и как легко терять!.."

IV.
Притихли люди, слыша исповеди муку.
И женский шепот "Бедное дитя..." прошелестел.
Никто не видел как в толпе, до боли стиснув руки,
Высокий юноша смертельно побледнел...

Все опускали взгляды, разом растерявшись,
За страшный приговор боясь признать вину.
И каждый думал "Что же с нами будет дальше?.."
А кто-то думал про любовь забытую свою...

Но ни один из них не сделал и попытки
Остановить священника, что пламя разжигал
У ног босых её... И побежали огненные нитки,
Мгновенно оплетя рисунком адским пьедестал.

И все следили в жадном предвкушеньи
Как рыжий локон от дыхания огня взлетел...
А Тот, кого она звала в недавнем исступленьи,
Среди людей стоял и на неё смотрел.

Красивый ангел с нервными губами,
В чьем имени ей слышался звук ливня и цветы...
Изящный юноша с прозрачными глазами
Оттенка солнечных лучей среди листвы.

Он слышал все её прощальные признанья
И с каждым словом понемногу умирал...
Но, в странный транс войдя, стоял, храня молчанье
Со странным чувством - будто это он сгорал.

И, зачарованно забывшись, представлял он
Как пламя дикое его целует стан...
Но дрогнул колокол в рыданьи погребальном,
И скорбный звук разрушил сети сна.

Зеленоглазый ангел встрепенулся
И сбросил с плеч своих тяжелый, злой дурман.
Он глубоко вздохнул, в смятеньи оглянулся...
И осознал: в том, что её казнят, - его вина.

Прокляв себя, он в ужасе священном
Стал продираться сквозь застывшую толпу.
И, как молитву повторяя "Что же я наделал!.."
Людей оставив позади, бежал к кресту...

V.
...Его поймали в сеть стальных объятий
Три чёрных стража, охранявших ритуал...
Он бился в их руках, рычал и слал проклятья.
Он завершить, пока не поздно, пытку умолял.

Когда же понял, что не вырваться на волю,
Он, обессилев, рухнул вниз... Кровь потекла с колен...
Он посмотрел в огонь и, вжав в виски ладони,
Вдруг закричал: "Прости меня, Ирэн!.."

И взвился колокол тоскливой долгой нотой
Средь наступившей тишины, и замолчал...
А сквозь огонь донесся слабый отклик:
"Люблю тебя!.. Виновна в том!.. Прощай!.."

...Закрыв глаза, дрожа от запоздалой боли,
Красивый юноша стонал, руками сжав себя...
По бледному лицу непролитой слезою
Катилась капля вдруг пришедшего дождя...

VI.
Как часто равнодушием мы губим
Тех, кто так трепетно нам отдает любовь...
Как часто тот, кто нас безмерно любит,
Своею смертью обрекает нас на боль....

Любовь и Смерть - всегда шагают рядом,
Обнявшись... Пожиная жертв сполна...
Изящный ангел опустевшим долгим взглядом
Смотрел как дождь смывает пепел от костра.

Он знал - ему отныне не найти спасенья...
Смертельным ядом влились в кровь её слова...
Он прочь пошел... И вслед бесплотной тенью
Летел её предсмертный крик: "Mea culpa!.."

-----------------------------------------------
**mea culpa здесь: я виновна (лат.)


Автор Infernal Trinity

A Sacrifice

Я была там...
И он был рядом,
В день всех Дней,
В час большой Воды, -
Нервный мальчик
С усталым взглядом
Цвета выжженой
Солнцем волны.

Я держала
Его за руки,
Ветер бился
В прибрежных камнях...
Я не знала
Прекрасней муки,
Чем тонуть
В этих странных глазах.

Воздух плыл,
Опьяненный негой,
Навевая
Чуть слышный мотив.
Милый мой
Был со мной
И небо
Красотою своею затмил.

Я любила его
Так страстно,
Что стонала
Сжимаясь душа.
Его шея была
Так изящна,
А улыбка -
Так тайно-редка.

Он касался меня
Молчаньем, -
Тем, что громче
Любых слов.
И, сплетаясь,
Вены кричали,
Превращаясь из двух -
В одно.

Две искры,
Отраженных луною -
В яркий отблеск
Упавшей звезды.
Две волны,
Порожденных морем,
Ставших пеной
У края воды.

Я любила его...
Так странно,
Но меня он любил
Сильней.
Я рассветом была,
Он - туманом,
Чем я жарче,
Тем он - нежней...

И так быть не могло
Навечно,
И мы были
Обречены, -
Пальцы к пальцам,
Две боли в сердце, -
Сделать то,
Что мы сделать должны.

Жизнь не даст
Избежать разлуки...
Нам же надо -
Вдвоем навсегда.
Чтобы вечность,
Держась за руки,
Напиваться друг другом
Сполна.

Я шептала
Так тихо "...быть может?.."
Эхом вторил он мне :
"Может быть..."
Но я знала,
И он знал тоже -
Нет молитвы,
Чтоб нас спасти.

Нет прощенья
Глубоким чувствам
В этом мире...
Но может в другом?..
Океан - стал бы
Нашим приютом,
А подводный песок -
Алтарем...

Мы бы слились
Единой песней
С шумом ветра,
С дыханьем звезд...
Умереть, чтоб
Остаться вместе
И не знать
Отчужденья слез.

Мерить вечность
Его губами,
Видеть вместе
Цветные сны,
Где лишь небо и я
Во взгляде
Цвета выжженной
Солнцем воды...

Потерялись следы,
Обрываясь
В пенном танце
Обнявших нас волн.
Он был рядом,
И я улыбалась,
Кожей чувствуя
Кожу его.

...Тот же берег
И те же скалы,
В день всех Дней,
В час большой воды
Мы свободны
И вечны стали, -
Жизнь отдавшие
В жертву любви.


Автор Infernal Trinity

Wicked Dreams

Я видела однажды в странном сне
Как солнце плавилось в отравленном вине
А пламя дикое, объяв тебя кольцом
Бросало блики на прекрасное лицо

Горячий воздух задевал верхушки скал
Я видела как Ангел, опалив крыло, упал
Повсюду был разлит багряно-красный свет
А на твоём лице застыл улыбки след

Вскипали волны в океане из огня
Виденья Преисподней мучили меня
А ты был дьявольски красив и нёс пожар беды
И были волосы золой оттенены

Давно привыкла я считать тебя Святым
Но в этом сне ты был совсем другим
За крахом мира с наслажденьем наблюдал
И сладким голосом на смерть всех призывал

Кем был ты? Для чего ты был таким?
Твой адский образ твою святость мне затмил
Я, замерев, смотрела в грешные глаза
Опустошенная, не знала, что сказать

А ветер смерти в волосах твоих играл
И пепел, падая, лицо твое ласкал
Ты жарким шёпотом с собою звал меня
И от кошмара не хотела просыпаться я....

С тех самых пор, смотря в твои черты,
Я не могу понять - кого хочу найти?
Но чудится порой - вот-вот увижу я
На белой нежной коже блик кровавого огня...


Автор Infernal Trinity

Это всего лишь боль
Не обращай внимания.
Всего лишь маленькая смерть
Очередной души.
Нелепо сыгранная роль,
Ошибка подсознания,
Закрыта к сердцу дверь
И ключ на дне лежит

Кого теперь любить?
Кем быть обманутой?
К кому теперь взывать?
Под чьей идти звездой?
Зачем хорошей быть
Стремиться так отчаянно?..
Ведь снова умирать,
Когда ты не со мной

Улыбка маской на лице
Подальше спрячь страдание
Не нужно видеть никому
В душе полночный мрак.
Я в паутине дней, в кольце
Как волк в капкане раненный
Сама завою на луну, -
Да всё опять не в такт...


Автор Infernal Trinity

ETERNAL MOMENT OF CHARM

Ты очарован мной? Прошу, пусть будет так...
Ни шагу дальше и ни слова больше.
Пожалуйста, продли этот момент подольше,
Ну а потом мы рухнем навсегда... С обрыва, в бездну, в мрак!

Не нарушай влюблённости искрящий первый миг,
Не отводи свой взгляд, дари мне восхищенье!..
Ты хрупкой нежности запомни каждое мгновенье,
Прежде чем небо разорвёт наш бесконечный крик.

Ты попытайся грань иллюзий не сломать.
Не говори мне "Я люблю тебя" - не смей!
Поверь, мы за любовь еще заплатим сто смертей...
И будет Дьявол за спиною нашей хохотать.

Ну а пока ты на меня вот так смотри -
Чуть-чуть влюблённо и без пылкой страсти,
Я буду этот взгляд твой вспоминать, как счастье,
В момент, когда мы будем падать вниз.

На дно любви пьянящей, словно грех.
В пучину губ, и в омут пылких фраз,
Где нет иного света, кроме блеска глаз
И жарко, как в аду, от чувственных утех.

Мы будем падать, умирая вновь и вновь,
Не расцепляя рук, не разорвав обьятий,
В безумстве губ, в плену земных проклятий,
И на Алтарь любви прольётся наша кровь...

И в час последний, на краю сознанья,
Вдыхая запах смерти, терпкий как вино,
Я попрошу тебя, - ты слышишь! - только об одном:
Того мгновенья первого не забывай очарованье...


Автор Infernal Trinity

Твоя Земля

Таят седые воды Финского залива
Твоей души таинственную глубину.
Твоих волос заветную волну
Рисует ветер рябью зыбкою игриво.

Печали, что в твоих глазах таится,
Подобны лишь суровые леса,
Их низкие, глухие голоса,
Ожив в тебе, заставят сердце биться.

Как луч тепла средь вечных зимних дней,
Мелькнёт твоя искристая улыбка,
И, кажется, всё то, что было до тебя - ошибка.
И снова облик твой ищу среди теней.

Твой взгляд - и я как пепел средь руин,
Мне чудятся заснеженные скалы
И жаркие полночные забавы,
В которых ты Господь и Властелин.

Ты словно лёд, но сердце - на огне,
И боль твоя, как вековые клёны,
И лишь они в глазах твоих зелёных...
Ты вновь один... Опять сам по себе.

Страдал всегда, страдаешь и сейчас -
Поёт душа, изодранная в клочья.
Ты сын своей земли полночной,
Подвластный ей, и никому из нас...

А я не знаю, как мне не любить тебя
И вновь шепчу я имя Северному ветру,
Он донесёт меня туда, где ты. Там где-то
Твоя Земля, твоя Финляндия.


Автор Infernal Trinity

Грешница

За зелень глаз твоих в Аду гореть не буду,
За твоё тело не хочу в костре пылать,
Но, как язычница, молюсь на эти губы,
Чиста на вид, внутри - грешна опять...

Я не могу!.. Я не хочу!.. Я не желаю
Мечтать о том, что мне не суждено!
Но сладко в ночь пришедшую кидаюсь,
И пью тебя до дна, как грешное вино...

А вслед за тем, раскаиваясь слёзно
Твержу себе: "Забыть! Из сердца! Прочь!..
Не вспоминать о Нём!" Но поздно, поздно… Поздно!
И кутаюсь в тебя, как в шёлк... И мне уж не помочь.

Но в мир, как ангел, улыбаюсь нежно,
(Своих грехов я видеть вам не дам!..)
Мои глаза светлы, улыбка безмятежна,
Я - белый цвет, я - тихая вода...

А душу лижут языки горящей страсти.
И как заклятье - только Ты один кругом!..
Я чистотой своей по грудь в пиковой масти,
И, как распутница, чиста своим грехом.

Пусть Небом венчана, но проклята толпою...
Я вновь в лицо твоё взгляну, и, словно Птица - вверх...
Больна тобой... Жива одним Тобою,
Благословение моё и бесконечный грех...


Автор Infernal Trinity

Ты уходишь

Когда уходишь ты, все краски в мире меркнут.
Погаснет свет, твои укрыв следы.
Пусть сто веков пройдёт, и все цвета поблекнут,
Я так и буду умирать, когда уходишь ты.

Я так и буду застывать, тебя пронзая взглядом,
Не в силах вытерпеть поток слепой тоски.
Крича, рыдая и молясь о том, чтоб ты был рядом,
И вслед тебе смотреть, до боли сжав виски.

Я буду рисовать в воображении объятья,
Сплетенье рук... Вкус губ, чуть смоченных в вине...
Я буду обречённо посылать проклятья
Твоей изящной трепетной спине.

И без тебя мне ничего вокруг не важно...
Без твоих глаз, без чуть дрожащего в улыбке рта.
На эту боль я обрекла себя сама однажды -
Любить и взглядом провожать тебя всегда.

А ты опять уйдёшь... Спокойно, равнодушно...
Не обернёшься, и твой облик скроет дождь.
Я буду ждать тебя. Я буду здесь. Так нужно.
Чтоб снова умереть, когда ты вновь уйдёшь...


Автор Infernal Trinity

Последний день

Тот день, в который ты уйдёшь, окажется последним.
И будет нежно падать снег на опустевший дом.
Я за тобой закрою дверь, надену белые одежды
И осторожно пригублю бокал с отравленным вином.

Я, улыбаясь, вспомню, как в безлунный вечер
Моя жестокая судьба переплелась с тобой,
Как твои волосы ласкал осенний жгучий ветер,
А ты жеманно убирал их в стороны рукой.

Как равнодушно ты взирал на всех прохожих,
Уйдя в свой мир. И лишь курил, курил...
Как вдруг, очнувшись, глянул на меня тревожно,
Как, улыбнувшись, вдруг со мной заговорил.

Я вспомню тот момент, когда моя душа заныла,
Я вспомню миг, когда весь свет вокруг застыл.
Я вспомню всё до мелочей - как я тебя любила,
И как ты был безумно, безнадёжно мил...

Как я тонула в тех глазах, что цветом из полыни,
Как я надеялась, что будешь ты со мной всегда.
Как обречённое "Прощай..." меня тоской пронзило,
Как ты ушёл в рассвет, и в тот рассвет я умерла...

Допив вино, я до тебя в мечтах дотронусь нежно.
Так близко смерть... Я не боюсь её совсем, поверь.
Я без тебя и так мертва... И вдруг до боли неизбежно
Я сквозь агонию увижу, как ты входишь в дверь...


Автор Infernal Trinity

Откуда?

Всё было как всегда, не хуже и не лучше.
Однообразие в моих усталых венах стыло...
Но грянул ты, как взрыв, мой сонный мир нарушив.
Слепящий Свет... Откуда это имя?..

Тебя глотнув, тебе уже подвластна.
Вслед за тобой умру и для тебя воскресну.
В твоих мелодиях тоска сплелася с лаской...
О, боже мой, откуда эти песни?..

Узнать тебя - обречь себя на крайность,
На вечный плач в костре закатных полос.
Любить тебя как терпкую фатальность...
О, боже мой, откуда этот голос?..

Я вижу образ твой на фоне вечных сосен,
Ты так красив в вечернем мягком свете...
Ты не зовёшь с собой, ты просто молча смотришь...
Печали полные, глаза откуда эти?..

Нет, не хочу я разгадать твоих страданий,
И все причины нот твоих минорных.
Останься ТАК во мне - сплетеньем очертаний,
Иллюзией мечты... Прошу!.. Но ты упорный...

Ну оттолкни меня!.. Ну отпусти на волю!..
Не прорастай во мне как неизбежность чуда.
Твои глаза... Твои слова... Так сладко и так больно.
О боже мой, откуда ТЫ?.. Откуда?!..


Автор Infernal Trinity

Unnecessary Dedication

Мы так слабы... Нам не познать свободы.
Мы и страстей своих не в силах-то унять...
Нам не понять благоговения Природы,
Любующейся на своё Дитя.

Она тысячелетьями творила
Изгиб бровей, разрез прекрасных глаз,
И головы наклон... Цвет губ пьяняще-винный...
И, сотворив Тебя, сама любуется сейчас.

Но, словно создавая совершенство,
Она, устав, забыла дать Тебе одно -
Способность чувствовать любви блаженство,
Души покой, который не найти с вином...

И Ты живёшь, благословлённый Ею,
С лицом из облаков, с глазами из травы,
Не ведая Любви, но чувствуя потери,
Познать пытаясь, - тщетно! - правила игры...

Ты оставляешь за спиной года и страны,
И всё смешалось уж в калейдоскопе дней...
И только ветер, что с тобой в пути, всегда имеет право
Ласкать волну каштановых кудрей.

И, чудится порой - вот Ты нашёл того, кто дорог!..
Отдашь себя... Но ищешь новых берегов,
Всё вдребезги разбив... И сам ты как осколок
С глазами из травы, с лицом из облаков.

И взглядов груз спина нести устала...
И вслед тебе летят проклятья и мольба.
То не твоя вина... Тебя Она ТАКИМ создала -
Терзать других и самому страдать.

... Я лишь "одна из всех". Но мне, как многим, видно
Тоску в зрачках и обречённость фраз...
Тебе желаю я, как кошке, девять жизней
И в каждой быть счастливей, чем сейчас...


Автор Infernal Trinity

Ноябрьский

Такие изящные плечи...
Глаза – изумруды во льдах...
Чуть дремлет таинственный вечер
В кудрявых шальных волосах.

Ты снова со мной... Я лелею
Снег первый и лёд твоих глаз.
Приходишь ты с первой метелью
В конце Ноября... Только раз.

Такие холодные пальцы...
Как будто морозом горят...
Мне нравится к ним прикасаться,
Мне нравится их согревать.

Дрожа и взлетая, ресницы
Зовут за собой в зыбь услад...
Позволь мне тобою напиться,
Как ядом из ведьминых трав.

Позволь мне забыть все терзанья...
Укрой мягким снегом мой дом...
Я тихо шепчу заклинанья,
Склоняясь над белым лицом.

Чуть вздрогнешь и мне улыбнёшься,
Подставишь под ласку плечо...
Мне холодом в губы вопьёшься...
Холодный... Но мне горячо...

А ночь бесконечна как море,
И зиму мы встретим без сна...
Но так нескончаемо больно
От мысли, что скоро весна.

Останусь одна... Вспоминая
Снег первый и лёд твоих глаз.
Уйдешь ты в Апрель, словно тая
Под солнцем... В бесчисленный раз.

Прощаясь с тобой, я не плачу... --
То слёзы роняет капель...
Мой снежный ноябрьский мальчик,
Как лето прожить мне теперь?..

Такие холодные пальцы...
Со мной об огне говорят...
Уходишь... Не будем прощаться.
Мы встретимся в снах Ноября...


Автор Infernal Trinity

Near to Existence

И было время – падал снег,
В моих холодных пальцах тая.
Ты был – почти что человек,
А я была – почти живая.

И мрак ночной к себе манил,
И тьма созвездьями мерцала...
И ты со мной почти что был,
А я почти существовала.

Мне нравилось смотреть на тень
Твоих больших красивых крыльев,
Тебе – вдыхать душистый хмель,
Что вырос на моей могиле.

Взирая из чужих миров,
Друг к другу мы тянулись странно...
Созданья чьих-то диких снов
С незримой плотью из тумана.

Ты был готов отдаться Тьме,
Чтоб день прожить в обычном теле...
А я, забытая в земле,
Молила дать приюта в Небе.

Взывала я, и ты просил
О разном с самого начала...
Но ты меня почти любил,
А я почти что отвечала.

И было трепетно сердцам,
И мы в ночи почти забылись...
Но, - словно в наказанье нам, -
Молитвы все осуществились.

Я воспарила в небеса...
К тебе... Смеясь, кричала "Где ты?"
Но вниз взглянув, я вдруг нашла
Тебя в толпе, в обличьи смертном...

Где весь твой свет? Где два крыла?..
Меня душили страх и слёзы.
На что мне Небо без тебя?
А ты с тоской взирал на звёзды...

И вот опять – меж двух миров
Друг к другу тянемся сердцами.
Так жаждущие разделить любовь,
И разделенные веками...


Автор Infernal Trinity

Ангел

Этой ночью так пахнут розы,
Что цветут под моим окном...
Ты сидишь, не меняя позы,
Вновь пришедший зачем-то в мой дом.

Колыхнётся свеча сиротливо,
Отвечая на пристальный взгляд...
Ангел мой, нестерпимо-красивый,
Отчего не поёшь серенад?..

Ты сидишь, не меняя позы,
С бледно-лунным прекрасным лицом.
Молча смотришь на все мои слёзы
И лишь изредка двинешь крылом.

Для чего ты пришел? – Я гадаю. –
Что за странный недобрый обряд?
Ангел мой, я почти проклинаю
Эту ночь, и тебя, и твой взгляд...

Все упрёки опять бесполезны,
И мольбы ни к чему не ведут...
Ангел мой, неземной и прелестный
Вновь стремится в безрадостный путь.

И под утро уйдёт он, печальный,
Так ни слова и не проронив...
Дрогнут губы в улыбке прощальной
И растают в сияньи зари...

Новый день мои высушит слёзы.
Ночь – застанет опять у окна...
Жду его, чтоб вдохнуть запах розы,
Потревоженной взмахом крыла...


Автор Infernal Trinity

Глядя на Тебя

Посадить на плечо тебе Ворона,
Обрядить в тёмно-пурпурный шёлк,
Отпустить на четыре все стороны,
И пусть рядом бежит белый Волк.

Наделить тебя мудростью царственной,
Боль в зеленых глазах чуть унять,
Чтобы мог ты, по свету странствуя,
Души грешных и слабых спасать.

Горностаем подбить твою мантию,
А тропу – пряной мятой устлать.
В руки – древних язычеств распятие,
Кудри – тонкой короной обнять.

И смотреть, как походкой изящною
Ты в веках оставляешь следы,
Как скрываешь улыбку манящую,
А в глазах – блики полной луны...

Так я вижу тебя, мой возлюбленный.
Скажешь "Глупость..", закуришь опять.
Я же чувствую образы смутные
И не знаю, как мне тебя звать.

За окном снег недобрый всё вьюжится.
Ты уснул... И в мерцанье свечи
Охраняю твой сон... Но вдруг чудится –
Ты, и Ворон, и Волк - вновь в пути...

А порой ты мне видишься Грешником,
Тёмным Ангелом, падшим с небес,
Завлекающим в дебри орешника
Для услады одну из Невест -

Так распутно-красны твои губы,
Так блестяще-распутны глаза...
И не знает Она, что, целуя,
Свою жизнь отдает навсегда.

А порой – ты бредёшь с Пилигримами,
Просишь на ночь приют у дверей...
Обвожу я глазами ревнивыми
Гордый профиль с разлётом бровей.

Чуть игриво, – едва ли осознанно, –
Улыбаешься, видя свой сон...
Для каких ритуалов ты созданный?
Для каких Королевств ты рождён?

Повелитель ли Черного таинства,
Иль святой крестоносец-монах?..
В чём удел твой – грешить или каяться?
Души брать иль висеть на крестах?..

Вновь я вижу тебя на дороге, –
Шёлк от мантий сменился плащом.
Ты устал, и в пыли твои ноги,
Но всё так же ты ищешь мой дом...

И вот-вот среди тропок запретных
Ты отыщешь заветную ту...
Вдруг, почуяв беду, свет померкнет...
В странной дрожи к тебе я прильну.

Обниму плечи белые, нервные,
Что в закате горят, как в огне...
Ты со мной, – отгоняя всех Демонов, –
Наяву, – отражаясь извне...


Автор Infernal Trinity

Баллада

Он говорил: "Иди за мной дождями"
Он умолял: "Струись по мне рекой"
Он уговаривал: "Побудь моими снами"
И это значило – забыть про свой покой.
   А я не смогла...
   Поверив сомненьям,
   Я тихо ушла,
   Став серою тенью.
А он рыдал: "Гори во мне огнями"
А он кричал: "Укрой меня в душе"
Он руку брал... Он обнимал глазами...
Он боль терпел, танцуя на ноже.
   А я не взяла
   Предложенной жертвы.
   Я тихо ушла,
   Став северным ветром.
И бритвы сталь ласкала его руки,
А смерти свет так оттенял лицо...
Он что-то пел, и трепетные звуки
Сжимали сердце в тесное кольцо.
   Но я прервала
   Печальное пенье
   И тихо ушла,
   Став горьким забвеньем.
Он не поверил, ставши одиноким...
Не понимал, теряя свет и кровь...
Лишь повторял, как заклинанье, строки:
"Всё, что я делал - для тебя одной..."
   Но скрылась во тьму
   Та, что всех милее,
   Оставив ему
   Лишь раны на теле...
И дрогнувшее пламя осветило
Под изумрудными глазами черноту...
И знала, что навеки им любима
Я, обручившая с ним смерть и пустоту.
   И слышала стон
   Разбитых желаний,
   И траурный звон
   Мне был наказаньем...
Но помню я, дождю подставив пальцы,
Какой была на вкус его слеза...
Как жарко он молил меня остаться,
Как умирали, глядя вслед, его глаза.
   И по земле теперь слоняясь скорбно,
   Я стала ненавидеть тишину.
   Я поняла давно, - но слишком поздно, -
   Кого убила и кого люблю..


Автор Infernal Trinity

Цветы в волосах

...Сиреневый воздух, омытый ручьями
В тенистых, забытых лесах...
Была я колдуньей запретного края,
С цветами в шальных волосах...

Я ловко сплетала узорами сны,
Даря их всем тем, кто желал,
И тихо смеялась, когда свет луны
Мне песни свои посвящал.

Гуляла по сочной траве босиком, -
Дитя без забот, без тревог...
...Но всё изменилось тем пасмурным днём,
Когда увидала Его...

Я скрыться успела в зеленой листве,
Я тайно следила за ним ...
А он сидел на прибрежном песке,
Свой взгляд в никуда устремив.

Холодный, щемящий как зимний рассвет,
Он в море смотрел и молчал, -
Загадочный, странный, чужой силуэт
В краю, где никто не бывал.

Мне волны шептали: "В нём тёмная страсть,
Принес он предвестье беды",
А я не могла оторвать своих глаз
От дикой его красоты.

Мне птицы кричали: "Беги что есть сил,
И может успеешь спастись!.."
Но он, словно бабочку пламя, манил
Одним только взмахом ресниц...

Вот нервные пальцы сдавили виски, -
Смешавшись с волос чернотой...
И мне показалось - тех пальцев тиски
Сжимают и рвут мой покой.

Я видела горечь на чутких губах
И кровь его сбитых колен,
Я чуяла сердцем страданье и страх
И боль его порванных вен...

Я молча смотрела, как свет отражал
Слезу в изумрудных глазах, -
И плакала тоже... А ветер ласкал
Цветы в моих волосах...

Изломанный, темный, зачем ты пришел,
Неся за собою печаль?..
Напрасно гадала я, как он нашел
Тропу в мой таинственный край.

Какими несчастьями был он гоним?..
Кем был?.. Что успел потерять?..
Откуда он взялся... И был ли любим... -
Мне вдруг захотелось узнать.

Красивый и скорбный, он словно сжимал
Мне душу в тугое кольцо...
Я тихо вздохнула... А он услыхал
И вскинул тревожно лицо.

Столетья за миг пронеслись предо мной, -
Пока я решала, как быть, -
Вблизи ль насладиться его красотой,
Иль скрыться в лесах и забыть...

Но сердце пронзал его взгляд, его вид,
Цвет губ и разлёты бровей...
Уйти не могла я, не ощутив
Под пальцами струи кудрей...

Покинув укрытье, я вышла к нему,
Не в силах волненье сдержать.
Он резко поднялся... Он глянул вокруг...
И замер, пытаясь понять...

К щекам прикоснулось дыханье огня,
Согрев кожу цвета снегов...
Он молча смотрел, как по берегу я
Шла, не оставляя следов.

И взгляд его глаз понемногу теплел.
И вот он ладони простёр...
...Не ведал он, что, прикоснувшись ко мне,
Себя позабыть обречен.

Не знал он... Не стала и я говорить...
Принявши в кольцо своих рук,
Мне так хотелось его излечить, -
Пусть даже забвеньем, - от мук.

И легкие пальцы мои оплели
Цепочку его позвонков,
И губы случайным движеньем прошли
Вдоль шеи, что цвета снегов...

Дрожал он всем телом, и жадно вдыхал
Мой запах, - цветочный, хмельной, -
Он боль и себя навсегда забывал,
Прильнув ко мне мокрой щекой...

И мне показалось - я долго спала,
А жизнь узнаю лишь сейчас...
Лесная колдунья свой омут нашла
На дне заколдованных глаз.

...Сиреневый воздух, омытый ручьями
В тенистых, забытых лесах...
Он тихо смеялся, лаская губами
Цветы в моих волосах...


Автор Infernal Trinity

Глаза Вечности

"У Вечности глаза стального цвета" –
Сказал мне кто-то сто веков назад.
...Он был неправ - теперь я знаю это, -
У Вечности – зеленые глаза.

Нефритовые, светлые, большие...
Прозрачные, без берегов и дна,
Родные... И мучительно чужие -
Оплот всех снов и всех ночей без сна.

Холодные, как Северное море,
Щемящие, как чей-то смертный крик
Безудержные, грустные до боли
И незабвенные, как твой последний миг.

Струящиеся ласкою смешливой,
Светящиеся мудростью веков -
Два омута, затянутые тиной,
На коже цвета белых лепестков...

Неотвратимые, подобно каплям яда,
И исцеляющие, словно эликсир,
От всех измен, от грязи и от смрада, -
Они единственные твой спасают мир.

Ты покоряешься, - нарочно и навечно,-
Искристым брызгам изумрудного стекла...
Твоя душа была открыта и беспечна,
Кому теперь принадлежит она?..

"У Вечности глаза стального цвета" –
Сказал мне кто-то сто веков назад...
А я смотрю в неё до самого рассвета,
Как в зеркало – и у неё зеленый взгляд.


Автор Infernal Trinity

Ненужное

Чуть слышный вечер темнотой нас обнимает...
Свеча горит, несмелой лаской обводя твои черты,
Вживаясь в зелень глаз, свет в волосах твоих играет, -
И сердцу больно от подобной красоты.

Ты тихо скажешь, что красивых слов не знаешь
И ничего не смыслишь в розах... Милый, - пусть.
Всё это лишнее. Не сожалей. Ты целый мир мне даришь
Одной улыбкой – так к чему пустая грусть?..

К чему цветы? Они так быстро умирают.
Зачем слова? Они, как паутина, прячут смысл.
О силе наших чувств лишь наши ночи знают,
И ничего важнее нет тобой оброненного «Мы»...

Мне не нужны твои горячие признанья.
И всех цветов милее мне лесной чертополох.
Всё в этом диком мире - лишь иллюзий очертанья...
И только он реален – твой чуть хриплый вздох.

Изящно взяв бокал, вино ты пригубляешь...
Мои целуешь пальцы и не отпускаешь взгляд.
Ты прочь из дома за собой куда-то увлекаешь,
И мне до дрожи хочется сейчас тебя обнять...

С тобой, хмельным, мне в ночь бежать так чудно...
И шум дождя нас учит слышать тишину...
Целуй, целуй мои восторгом смоченные губы,
Люби без слов, люби меня одну!

Никто из нас не застрахован от ошибок...
Но - завтра... А сегодня ты меня не отпускай!..
Мне хочется сплетать из таинства твоих улыбок
Свой персональный и немного грешный Рай.

...И если вдруг покинешь рано на рассвете
Мой дом ты в поисках иных дорог,
Мои воспоминанья будут только в белом цвете, -
Волнующие, полные тобою, с привкусом ветров...

Так не дари мне роз смертельно-красных,
И, не найдя слова, ты просто промолчи.
Я всё пойму, поверь, мне каждый взгляд твой ясен,
Когда ты смотришь на меня вот так - в мерцании свечи...


Автор Infernal Trinity

Another Reality

Я знаю твое имя, -
Веришь? –
Не такое,
Которое у тысяч на устах и так ласкает слух,
А то, что ночь тебе дарила, -
Помнишь? –
Мы с тобою
У алтаря Небес, и перед нами – странный дух.

Я помню образ твой, -
О да! –
Не тот, который
Ввергает тысячи сердец в болезненный восторг,
А тот, под тонкою свечой,
Когда,
Пронзая взором,
Ко мне ты руки, завершая ритуал, простер...

Я знала голос-сердцекрад, -
Поверь! –
Намного раньше,
Чем в этом мире мне закат его принес.
Давным-давно, века назад,
Среди потерь
И фальши,
Я тихо отвечала "Да..." на твой вопрос.

И в зелень глаз теперь смотрю
Огромных
И кошачьих, -
Что виноваты, безусловно, в сотнях битых грёз, -
И, как и сто веков назад, люблю
Бездонно
И щемяще
Тебя в тебе... И не могу сдержать печальных слёз

И имя – Свет тебе,
И образ твой -
Икона.
Во мне твой голос и слова, - лишь ими я жива.
Пусть не со мной ты на Земле,
Но мы с тобой -
Знакомы.
Среди Небес, пред алтарем, Сейчас и Навсегда!..


Back to the Close to HIM Main Page